Адвокат российского лыжника Легкова: «Подмена пробы не доказывает главного»

Foto: AFP/Scanpix

Немецкий адвокат Кристоф Вишеман, который защищал российского лыжника Легкова перед дисциплинарной комиссией МОК, верит докладу канадского адвоката Ричарда Макларена о допинге в России, но считает, что ни он, ни собранные улики по этому делу не доказывают вину конкретного спортсмена.

В ноябре Россия потеряла больше десятка медалей сочинской Олимпиады 2014 года. Дисциплинарная комиссия МОК под руководством Дениса Освальда лишила наград и пожизненно дисквалифицировала 19 российских спортсменов.

27 ноября МОК опубликовал мотивировочное решение по первой дисквалификации — лыжника Александра Легкова, выигравшего в Сочи 50-километровый марафон. Мотивировка решения особенно важна, так как дает представление о выводах МОК в отношении других российских спортсменов и, в частности, об их участии в допинговых махинациях в России.

Как заявляет немецкий спортивный юрист Кристоф Вишеман, «у меня было впечатление значительной степени предвзятости МОК. Мне кажется, что приговор был уже принят еще до того, как я зашел в зал разбирательств. И после того, как я познакомился с обоснованием, мое впечатление только подтвердилось».

«Учитывая слабую доказательную базу в отношении замешанности лично Легкова в систему допинговых махинаций, я считаю приговор слишком строгим, вне всякой меры. Мы знаем, что пожизненную дисквалификацию может заслужить тот, кто умышленно идет на нарушения и чья вина доказана. Это, так сказать, нарушения первой степени. Но в этом конкретном случае не выглядят доказанными даже факты его участия, не говоря об умысле», — полагает адвокат.

Комиссия МОК под руководством Освальда установила: пробы в интересах Легкова вскрывались, сам Легков находился в списке защищенных Россией спортсменов, а его номер есть в списке «Дюшес», что означает, что ему предписывалось принимать допинговый коктейль. ДНК-анализа проб Легкова не было сделано, но в комиссии МОК считают, что это и неважно с учетом факта подмены.

Читайте также:  Сборная Латвии в отборе на чемпионат мира-2019 взяла реванш у Турции

Комментируя эти факты, Вишеман отмечает, что «В ответ на временное отстранение Легкова от соревнований со стороны Международной федерации лыжного спорта мы получили решение Спортивного арбитражного суда. Там были предъявлены те же доказательства. Суд решил, что их недостаточно, чтобы дисквалифицировать обоих атлетов (имеется в виду тоже пожизненно отстраненный от олимпийских игр лыжник Евгений Белов)».

«Во-вторых, Родченков и Макларен заявляют, что все атлеты в списке «Дюшес» были участниками программы по защите атлетов, и их пробы автоматически менялись, но они оба также утверждают, что хотя большинство и использовали допинг, но не все. И Макларен сам говорит, что неизвестно, знали ли атлеты об этой системе», — говорит Кристоф Вишеман.

Он сообщил, что по решению в деле Легкова уже подана апелляция — жалоба была направлена в Спортивный арбитражный суде непосредственно после объявления решения.

«Надеюсь, что мы успеем провести слушания в Лозанне (там расположена штаб-квартира МОК) еще до начала Олимпиады. У меня есть еще возможность подать жалобу в срочном порядке непосредственно в Южной Корее за 10 дней до начала Олимпийских игр. Дело будет рассмотрено высококлассными судьями, но в ускоренном порядке — всего за 24 часа. Так что я предпочел бы добиваться справедливости в Лозанне», — сказал Вишеман.

Важный свидетель обвинения в деле Легкова — Григорий Родченков, бывший глава Московской антидопинговой лаборатории. Он дал показания, что 23 февраля, сразу после победы Легкова в марафоне, поменял содержимое его пробы на допинг. МОК считает Родченкова заслуживающим доверия, несмотря на обоснованные подозрения в том, что он сам замешанв системе манипуляции пробами.

Читайте также:  Дукурс обещал изиниться перед российскими спортсменами, однако...

«Я не интересовался достоверностью его заявлений, потому что до сих пор Родченков не высказывался по отдельным спортсменам. Но, действительно, он впервые высказался по делу Легкова. Когда он заявляет, что поменял пробу Легкова, то я не хочу слишком банально комментировать, но мне это все равно, потому что это в лучшем случае подтверждает, что Легков находился под защитой, но не подтверждает, что он об этой защите знал и что он ей способствовал», — полагает немецкий адвокат.

Спортивный юрист утверждает, что МОК сам должен был следить за безопасностью проб. На что комиссия Освальда отвечает: да, но не в случае криминальных манипуляций с ними. Вишеман не боится, что таким аргументом он перекладывает ответственность на МОК и помогает властям в России.

По его мнению, «комиссия МОК обходит этот вопрос очень осторожно, и тому есть объяснение. Макларен опубликовал в своем докладе письмо от 22 декабря 2012 года, то есть более чем за год до начала Олимпийских игр в Сочи, в котором российская метательница диска Дарья Пищальникова представила детальное описание происходящего в России.

И МОК, и WADA и международная ассоциация легкоатлетических федераций уже тогда знали о существовании коррумпированной системы в Москве, в центре которой стоял Родченков, с одной стороны дававший спортсменам запрещенные препараты, а с другой стороны скрывавший их позитивные пробы. В 2014 году в Сочи медицинская комиссия МОК отвечала за то, чтобы пробы спортсменов хранились в надежном месте».

Читайте также:  Несуществующий хоккейный клуб продал за день 25 тысяч абонементов

«И они знали к тому моменту, что тот человек, которого они сами назначили директором антидопинговой лаборатории Олимпиады в Сочи, замешан в создании системы допинга. И для меня одна из самых больших загадок в этом деле — почему об этом практически никто не говорит. Если бы МОК тогда серьезно отнесся к своим обязанностям, то Родченкова однозначно не было бы в Сочи в 2014 году», — добавляет Вишеман.

При этом у немецкого адвоката нет никаких сомнений, что в России была система допинга и что выводы, сделанные Маклареном, верны. «Впрочем, с этим уже не спорят и в России. Слишком уже много отстранено тренеров, которые были замешаны в системе, и слишком много спортсменов. Дискуссия идет только о том, было ли в этом замешано государство», — замечает он.

«Есть ощущение, что в международном сообществе существует большое давление с целью ввести санкции в отношении России. Не мне судить, но у меня создалось впечатление после посещения МОК 30 октября, что, по крайней мере по отношению к отдельным атлетам, МОК подчиняется этому давлению. Не будем забывать, что есть две дисциплинарные комиссии. И у меня нет возможности сказать, как выполнит свою часть работы комиссия Шмида (дисциплинарная комиссия МОК под руководством бывшего президента Швейцарии рассматривает вопрос о вмешательстве российского государства в допинговые махинации)», — говорит Кристоф Вишеман.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *